– И он так и не вернулся? – уточнила Лидия.

– Нет, – подтвердила Эвелин. – Думаю, он бы сильно опечалился, увидев родной дом, если, конечно, он не очень изменился за эти годы и не очерствел душой.

– Но какое отношение эта история имеет ко мне? – поинтересовалась Лидия, не в силах больше сдерживать любопытство.

– Надеюсь, ты помнишь, – медленно проговорила Эвелин, – что я упомянула о ребенке, девочке, которую Маргарет оставила в Англии. Ее зовут Энн Таверель. В те дни ей было семь, а теперь уже восемнадцать. Ее, разумеется, воспитывал отец. Сэр Джон завещал Энн свое состояние, распоряжаться которым самостоятельно, не спрашивая разрешения у назначенных им опекунов, она может по достижении восемнадцати лет. После этого он уже не властен препятствовать ее свиданию с матерью, если она того пожелает.

В конце месяца Энн отправляется морем в Каир для встречи с матерью, с которой они не виделись одиннадцать лет. Энн решила на время покинуть Англию и перебраться к Маргарет.

На прошлой неделе, за два дня до того, как я получила твое письмо, мне принесли письмо от Маргарет. Она просила меня найти кого-нибудь, кто мог бы присмотреть за ее дочерью во время долгого путешествия, причем не только сопроводить Энн до Каира, но и стать для нее компаньонкой.

Я мысленно перебрала всех, кто мог бы выступить в подобной роли, и тут приходит твое письмо, я тотчас поняла: ты – самая подходящая кандидатура, идеальное решение проблемы. Вот поэтому я привезла сегодня тебя сюда и рассказала эту историю. Мне хотелось, чтобы ты узнала все, прежде чем встретишься с Энн.

– Но, Эвелин, – возразила Лидия, – смогу ли я надлежащим образом присматривать за юной дочерью сэра Джона? Получится ли из меня достойная компаньонка?

Эвелин снисходительно улыбнулась и легонько похлопала собеседницу по руке.